После Четвертого удара Земля выглядит так, будто ее перепахали гигантским плугом. Красная пустошь, ржавые остовы зданий, воздух, который трудно назвать пригодным для дыхания. Но жизнь все еще теплится. Вдали от разрушенных городов, среди холмов, где сохранилась вода и почва, люди сбиваются в маленькие поселки. Они не строят гигантских роботов и не планируют спасение человечества. Они просто пытаются прожить еще один день.
Сюда, в этот забытый богами уголок, попадают те, кого когда-то называли последней надеждой. Синдзи, Аска и Рей. Без Евангелионов, без связи с Wille, без цели. Синдзи первое время просто сидит на берегу и смотрит на воду. Его голова пуста, и это пугает его меньше, чем раньше. Аска, которая всегда была взрывной и громкой, учится чинить сети и не срываться на стариках, которые не знают, кто она такая. Рей — та самая Рей, которую вырастили в пробирке и никогда не учили быть человеком, — получает имя, сажает овощи и впервые в жизни улыбается по-настоящему. Не потому, что так надо. А потому что хочется.
Здесь никто не требует от них быть пилотами. Здесь их кормят, не спрашивая, сколько Ангелов они убили. И это, наверное, самое страшное, что с ними случалось. Потому что когда отнимают войну, ты остаешься один на один с вопросом: а кто ты вообще такой, если не оружие?
Но война не кончилась. Она просто затаилась. Где-то там, за горизонтом, Wille готовится к последнему сражению. Seele, которая всегда была где-то наверху, запускает проект совершенствования человечества — финальную точку во всей этой истории. Если их не остановить, не останется ничего. Ни этой деревни, ни полей, ни детей, которые бегают босиком по мокрой траве. Останется только одно большое оранжевое море, где нет ни боли, ни радости, ни хлеба, испеченного чужими руками.
Синдзи придется вернуться. Не потому, что отец приказывает. Не потому, что его шантажируют или угрожают уничтожить мир. А потому что он наконец понял, зачем он здесь. Потому что теперь ему есть что защищать. Потому что люди, которые дали ему кров и имя, заслуживают того, чтобы у них было будущее.
