Кайман не помнит, как получил эту голову. Челюсти, которые могут перемолоть кость, жёлтые глаза с вертикальным зрачком, язык, который не умеет говорить слова, как у людей. Он знает только одно: какой-то маг сделал это с ним. Стер память. Изменил лицо. Сделал чудовищем. И теперь он будет убивать магов, пока не найдёт того, кто это сделал. Он отрезает им головы и засовывает в свой огромный рот. И тогда внутри, в темноте, появляется тот, кто знает. Другой голос. Кто-то, кто живёт в его голове и говорит: «Это не он. Идём дальше».
Никайдо всегда рядом. Она сильнее, чем кажется. Её руки превращаются в когти, её тело — в оружие. Она умеет готовить, умеет драться, умеет молчать, когда надо. Она не спрашивает, почему Кайман убивает. Она просто идёт за ним. Потому что он единственный, кто остался. Потому что без него она — никто. Потому что в городе Дыра, где люди живут в мусоре, а маги ставят на них опыты, доверять можно только тому, кто идёт рядом.
Город Дыра — это место, где нет закона. Только сила. Только грязь. Только маги, которые появляются из дверей в другом мире и считают людей материалом для экспериментов. Люди ненавидят магов. Маги презирают людей. Граница между ними — это кровь, которая льётся каждый день. Кайман и Никайдо живут в этой границе. Они убивают магов, но и сами не совсем люди. Он — с головой ящера. Она — с силой, которой боятся даже маги. Они ищут виновного. Но чем больше они находят, тем яснее становится: виноватых нет. Есть только те, кто пытается выжить. И те, кто пытается стать кем-то большим.
В их мире есть место и для абсурда. Маги, которые выглядят как грибы, но держат в страхе целые кварталы. Учёные, которые превращают людей в кровавые куски ради «высшей цели». Друзья, которые оказываются врагами. Враги, которые протягивают руку. И один клуб, где Никайдо готовит лучшие пельмени во всей Дыре, а Кайман сидит за стойкой и ждёт, когда появится тот, чьё лицо он ищет.
